"Мои солнечные лучики"

Слезами не поможешь…уже не помочь. Они просто-напросто кончились…еще месяц назад. Когда их не стало. Не стало моих жизней…Почему выжила я? За что так? За что так жестоко? …с нами?

Два солнечных лучика…две судьбы.  Две моих любви. Нет. Одна. Они едины. Всегда.

Ветер, пока еще не очень сильный, играет в моих волосах и приятно холодит кожу.  Короткая стрижка, порванные на коленях джинсы…черная футболка. Я похожа на сорванца или хулигана, который постоянно убегает от кого-то. Я не помню, сколько прошло времени, с того момента, как я сюда пришла…сколько здесь просидела. Бейсболка, зажатая в левой руке. Ее подарил Билл. Широкий черный напульсник на правом запястье с эмблемой «Nike». Том, сказал, это значит, что я в их команде. Такие у всей группы есть. Были...у всей.

С легким налетом заигрывания, улыбка Тома и звонкий, такой искренний смех Билла…Я оказалась между ними..вместе с ними…

…мы были еще почти совсем детьми…Решили быть втроем. Том, Билл и я. Я, Билл, Том…Билл, я, Том…Том, я, Билл.

Как кружится голова. Я боюсь высоты, а здесь очень высоко.

Мы ехали на новой машине Тома. Мы смеялись и вместе обсуждали последние бредовые слухи о группе, слушали музыку, подпевали то Сэмми Делюкс, то Green Day, то Нэне…какое название будет у нового тура…новые песни. Я была на заднем сиденье, а они впереди…

...пара теплых губ, ласкающих мое тело. Два мягких голоса, убеждающих, что это больно только первый раз. Что теперь мы трое – едины. И два одновременных признания в любви. Я стеснялась…боялась. Это казалось ужасным...казалось извращением… «Не плачь, котенок» - тихие уговоры Билла… «Малыш, не нужно» - особенно редкие нежные нотки в голосе Тома, когда он первый проложил дорожку в меня…в мое сердце, душу,… тело. Мы выросли…я все реже и реже стала их видеть, но их страсть стала обжигать сильней…мы уже не могли остановиться. Мы не могли себе представить, что так бывает. Что бывает такая любовь…и не мысли друг без друга жизнь…Однако…так получилось…В Билле осталась нежность, а Том… Он изменился. Очень. Он не захотел говорить об этом. Я не стала допытываться и настаивать. Когда мы, вволю напившись друг другом так, что голова восторженно кружилась, словно после большой дозы спиртного, Билл высказался за меня…словно прочитав на моих губах то, что не могла произнести я…что Том заигрался…увлекся и уже не образ «мачо» тащится за ним, а Том тащится за образом…что не хочет, чтобы это было здесь…в нашей постели…между нами. Они поругались…не впервые, конечно…но впервые так…серьезно.

Грузовик вывернул на встречную и столкнулся с машиной перед нами…Том прыгнул на тормоза, но они почему-то не сработали. Время растянулось, как старая жвачка.

Я не знала, что делать. Я как будто потерялась. Они не разговаривали несколько дней, а я задыхалась без них, как рыба, выброшенная на побережье. Жизнь близко, но до нее не достать…я чувствовала, что схожу с ума. Трещина пролегла так глубоко…так больно. Я решила забыть их…попыталась…много раз пыталась…они были слишком заняты друг другом и своей перепалкой, что уже, казалось, я была лишней.

Пара одинаковых карих глаз обернулись и посмотрели на меня…полыхнуло теплым ласковым огнем…в их глазах всегда тепло. Надежды не осталось…не было ее! Мы врежемся и разобьемся. Открытая скоростная трасса на подъезде к Лойште. На спидометре больше сотни…даже дистанция, осторожно соблюдаемая Томом, очень быстро таяла, как подвешенная над пламенем свечи, нить. Время потерялось в сгустке моих чувств…я очень четко запомнила их лица в тот момент…и помню, что по моим щекам жемчугом покатились слезы….неужели это конец? Яростное негодование, почему так рано…сменилось на обреченную радость, что я умру с любимыми…самыми любимыми на свете людьми, что их мечта исполнится – умереть вместе…больше ничего не оставалось…но почему так рано?!!

Ветер поднялся сильней, чем до этого, поменяв направление…резко…настойчиво толкая меня в спину…приглашая в бездну…

Дверь моей комнаты резко распахнулась…вбежали близнецы…я смеялась сквозь слезы, как истеричка…я глупо сожалела, что не могу послать их куда подальше и радовалась, что вновь чувствую нашу целостность…как они сказали: «помирились из-за тебя. Никто не хотел делить»…два таких разных…Я промолчала, потому что в тот день сама бы пошла к ним, но они пришли на пару минут раньше…

Одновременное «Я люблю тебя»…они вздохнули, чтобы по привычке засмеяться такой одинаковой фразе, но последовал удар...я дернулась вперед, чтобы, слететь с заднего сиденья и пробить головой лобовое стекло, но ремень безопасности, которым близнецы уговорили меня   пристегнуться, настойчиво заставил мое тело остаться на месте…

Я сделала шаг вперед…отпустила перила, улыбнувшись и шепнув в темноту: « Я вас очень люблю…мои солнечные лучики»…