Hello

Твои солнечные поцелуи я не забуду никогда. Они до сих пор обжигают губы и по телу вниз пробегают искорки света, подаренного тобой и твоими ласками.
Я не люблю дождь. Особенно осенью, когда под ногами начинают разъезжаться опавшие листья и пахнет прелой землей. Я пыталась прикрыться от назойливых и холодных капель под зонтом, но его вывернул наизнанку подувший в лицо ветер. Волосы намокли и спутались. Никакой "Taft три погоды" не поможет. Не впервые в мыслях промелькнула картинка как из рекламы - я и ты в большой черной ванне, много ароматной пены, свечи...нет, никаких свечей, а то вдруг опять что-нибудь загорится! В прошлый раз романтический вечер закончился тем, что мы с тобой, измазанные сажей, пахнущие гарью, уснули на неразобранной кровати - тушили, загоревшееся от свечи на столе, полотенце, а затем и скатерть...
Где-то на краю сознания играет музыка, а губы повторяют выученные до степени автоматизма, слова твоей любимой песни.
Другие пассажиры автобуса выглядели ничуть не лучше меня, поэтому я успокоилась и перестала поминутно приглаживать окончательно испорченную прическу и улыбнулась своему отражению в окне, ожидая рядом увидеть твое.
Не хочу вспоминать твое лицо, не хочу описывать его черты, особенности. Мне достаточно знать, что ты живешь солнечной искоркой в моей душе, в моем сердце.
Солнце заглядывает в мое окно, расположенное на южной стороне, каждое утро и целует меня твоими губами. Такими же мягкими и горячими.
Друзья не говорят "прощай". Но мы не были друзьями. Я любила тебя. Настолько сильно, насколько могла тогда...А мы выбрали остаться друзьями.
- Привет, я соскучилась по тебе - шепчу в трубку.
- Привет - один твой голос дарит ощущение, что внутри меня все согревается и оживает - очень соскучилась?
- Ну, есть немного - сдерживая смех, отвечаю на твой вопрос.
- Это плохо. Значит, я звонил давно...
- Три месяца назад, если быть точной.
- Завтра устрою тебе телефонный терроризм - ты смеешься, но я слышу нотки грусти в твоем смехе. Мы разговариваем так тихо, как только возможно, но в основном говоришь ты, сыпя рассказами о том, что происходит в новом туре, как выглядит новая сцена...Голова начинает кружиться. По моим щекам заструились холодные, как сегодняшний дождь, слезы. Я плачу тихо, чтобы ты не слышал. Несколько раз прочистив горло, я заговорила более менее нормальным голосом:
- Том, мне нужно...нужно идти...
- Куда?
- Ну...
- Хорошо, понял, отстал. Все в порядке?
- Да, все хорошо - лгу тебе, даже не чувствуя угрызений совести.
- Я позвоню завтра, обязательно! Пока!
- Пока, Том...
Я села на пол, прижимая телефонную трубку к груди. Слезы высохли и дыхание восстановилось, сердце перестало бешено биться в грудную клетку пойманной птицей.

Я первый раз позвонила ему первой, не сдержавшись перед соблазном еще раз ощутить, что он меня помнит, но ни на следующий день, не через месяцы он больше не позвонил. Я думала, что Вселенная перевернется от моей боли...
Солнце больше не целует меня по утрам. Горячие искорки не бегут по телу и я забыла слова его любимой песни.
Мир не рухнул...И никогда не рухнет без моего разрешения.

 несколько найденных хороших видео))




Это была песня Alien!! Узнала-узнала))

Господи, неужели???? Не могу поверить, чтозакрыла эту зимнюю сессию без троек!!!!!!!!
АА-а-а-а! Я сейчас скончаюсь от счастья!!!)))))

Ураа-а-а-а-а!!!

Спасибо-спасибо-спасибо!
Еще спасибо за то, что я увидела сегодня Его!
Находясь так близко к Нему, я чувствовала, что таю...и как меня тянет обнять Его, попробовать Его поцелуй на своих губах, ощутить тот уют, который мне мерещится, когда Он в нескольких сантиметрах от меня...О, мой Бог!
Дело, наверное, только в росте, но...арр, как хоется все это попробовать именно с ним! Почему, не знаю, не представляю...
Я с Ним познакомилась сама, но Он наверное, уже и забыл, как меня зовут...но я-то Его забыть не могу...как нелепо. Только-только решила жить только своим умом и так здасьте, примите подарочек в виде Парня Из Сна.
=)
мне очень-очень хотелось его обнять, прижаться к нему всем телом, но...нельзя-нельзя-нельзя. У него есть девушка и все такое, а ...а я принципиальная и хоршая. Да, я хорошая.
Но почему-то от этого-то и хочется реветь белугой. Одинокой белугой, которая прикрывается напускной холодностью и сдержанностью. Уверенностью в себе.
Эх.

- Привет! Даже не здороваешься? Не узнал?
- Эээ...привет, ну я...ну вы же близняшки, я вас не различаю!
- Близняшки? Я одна такая! Это я!

вот такое нелепое приветствие, чьим инициатором была я. Если бы я не поздоровалась, Он бы скорей всего меня обошел бы стороной...
черта с два!
У меня из-за Него болит сердце и ноет душа. По-глупому влюбленное.
Может, Он не знает, что такой...необычный и красивый...притягательный. Сутулится, смотрит в пол. Кажется, Он стесняется, что такой высокий и немного не соответствует каким-то стандартам, но...мне очень-очень хочется доказать Ему, что Он нужен мне...Нужен именно такой, какой есть.
Я хочу узнать Его лучше. Я согласна на звание Друг, но хочу показать Ему, какой Он...какой Он...

оформляем загранпаспорта. Мама очень долго сидела перед моим ноутом, заполняя свою и папину анкеты...я просто в шоке, как можно так медленно печатать! =) но я ее понимаю, ведь мам не так уж и часто сидит перед компом, а я-то...)))эх. Никогда не думала, что у меня хватит столько терпения вести рассказ аж на сотню страниц!
столько текста! Мне самой страшно становится
да, если почитать комментарии - "Том говорил про "втроем" а тут вдвоем, да не с ней..ну да ладно))" я доооолго угорала над этой строчкой))))

ничего вчера не нашла. Разобиделась сама на себя.
по педагогике 30 го числа будет экзамен, а у меня из 28 вопросов только по 11ти написаны бомбы)))
еще 17 ждут меня! рррры...
как-то скучно. и даже писать ничего не хочу. мысли куда-то проваливаются и тонут, тонут. Поставила на фон своего нового мобильника мордашку Тома Каулитца и любуюсь ей, улыбаясь как идиотка.
Они так положительно на меня влияют, что мне иногда кажется - не было бы в мой жизни ТН, я бы ни в жизнь задницу бы от компа не подняла, чтобы что-то делать. А благодаря им я начала делать себя и добилать отличных, на мой взгляд, результатов.

Концерт в марте мне обеспечен, так что я почти счастлива)))

вууууууууууууууууууууу!!!

мне нечего читаааать!! я сейчас умру от скуки!
хочется почитать что-нибудь мистическое,но не отвлеченное от жизни ...наподобие Лорел Гамильтон. оооох, это мой любимый автор, но перечитывать ее я уже не могу больше. Недоело. Красивые мужчины, много секса, много метафизики, но...утомляет уже.
Да, я написала слэш вчера в 3 ночи)) мое астральное время=) только тшшшш, а то меня родители убьют за то, что я сижу перед монитором по ночам...
на как иначе? День не для таких мыслей, правда же?=)

.............................хочу почитать что-нибудь качественное из мистики......ползаю, ищу...

slash

мне нужно написать слэш-сцену в рассказе. Мне нужно написать слэш, причем слэш-твинцест.
Ёкалэмэнэ, это пи*ец какой-то!
черт. черт. черт. черт. я не знаю ,что делать. Полторы главы из-за этого момента виснет. Блин!
как я могу читать такое? Могу, еще как, даже с удовольствием, но ПИСАТЬ! от ж*па!
слов нет, какая ж*па...
остановилась здесь:

Младший пришел в себя и уже держал в руках организованную братом чашку крепкого кофе с сахаром. У него болела голова, его мутило от одного запаха алкоголя, и он руками пытался расчесать спутанные после принятого душа, волосы.

Билл опустил взгляд в чашку с противно-сладким кофе, смотря своему отражению в глаза.

Ощутив легкое прикосновение губ к щеке, Билл поднял глаза и улыбнулся присевшему на край кровати Тому.

- Давно я так не отрубался.

- Да, как школьник после бутылки пива.

- Неправда.

Глядя на брата, который выглядел уже гораздо лучше, Том мог только гадать – Билл помнит, что приходила Джин или не помнит вообще ничего?

- Еще как правда! Отключился и нес какой-то бред.

- Я спать хочу.

- Честно? Я тоже.

Том собирался встать, чтобы пойти в свой номер, но младший попросил его остаться. Ему хотелось, чтобы брат был сегодня рядом.

Притворно тяжело вздохнув, гитарист разделся и, тщательно следя за тем, чтобы близнец не видел его состояния, улегся на краю, отвернувшись от Билла. Видимо, на младшего таблетки не подействовали, но вот Тому приходилось тяжело. Когда Джин ушла, он пошел в ванную и пытался хоть как-то исправить ситуацию, но ничего из этого не вышло – в паху все горело от желания. К кем угодно, как угодно…

Билл положил подбородок на плечо брата.

- Что случилось?

- Ничего. Уже почти утро, давай спать.

Бурчание старшего Биллу не понравилось. На ощупь его кожа словно горела и покрылась мельчайшими капельками пота.

- Ты не заболел?

- Нет.

Тихий голос младшего и ощущения его тела, прохладного и гладкого, отдавалось в голове и паху почти болью.

- Отвали, Билл.

Прозвучало грубо.

- …пожалуйста.

Может быть на этот раз получилось лучше, но младший не отодвинулся, а наоборот стал гладить его по плечу, поцеловал в ключицу, обнял, скользнув ладонью по прессу. У Тома сердце застучало так сильно, что казалось, каждая клетка тела пульсирует. Шум крови, быстро бегущей по сосудам, оглушал и сквозь стиснутые зубы вырвался подавляемый всеми силами стон.

- Мне неудобно, повернись, пожалуйста.

И в этот момент Том наплевал на все то, что его когда-либо удерживало.

Внутри что-то с треском рвалось на части – еще никогда они не заходили так далеко. Поцелуи до онемения губ и болезненные попытки остановиться, доводящие до безумия обоих. Билл просил не бояться, и это оказалось до восхищенного стона просто – не бояться любить того, кому принадлежишь всей душой. Еще никогда они так не стремились зайти дальше.

Он не знал, что может быть так. Между ними.

Проведя языком дразнящее-влажную дорожку от напряженного пресса до шеи Билла, Том вдыхал запах его кожи, пытаясь перевести дыхание…провел кончиком носа по шее и посмотрел Биллу в шоколадно-карие глаза.

- Не молчи.

- Все в порядке…Смелее.

Его трясло и бросало в жар. Он боялся. Сейчас достаточно, чтобы попросить Тома остановиться, хотя не чувствовал ничего кроме удовольствия, находясь так близко к грани. Губы болели от крепких поцелуев. Близнецы думали, что смогут остановиться, но Билл был готов сейчас умолять Тома довести до конца то, что они начали вдвоем…

Он хотел это довести до конца и видел отражение этого же желания в глазах Тома.

С пробирающей до самых далеких уголков души улыбкой, Билл нежно погладил старшего близнеца по щеке.

нравится

нравятся они мне

вот и ради кого я стараюсь, а?

я тут покопалась и нашла себя...почти везде))

меня можно искать повсюду и найти везде, вот и я решила себя "поискать":
http://vkontakte.ru/id2530761 - основная страница
http://yuyulia.blogspot.com/ - основной блог
http://www.myspace.com/yu-yulia - бред какой-то, честно говоря))
http://forum.tokiohotel.ru/showthread.php?t=30356 (фанфикшн)
http://twitter.com/Green_Cake - совсем недавно здесь
http://www.proza.ru/avtor/tigerin - там мои "рассказы".  Потом закину туда все
http://www.stihi.ru/avtor/yulilu - все стихи

что-то я разогналась - три поста за день и ноль за предыдущие 20)))

но высказаться хочется..очень-очень.
или написать что-нибудь, что прочтут.

Десять дней.

 Evanescence -  My Immortal 

Десять дней осталось до операции. Мне очень страшно - вдруг что-то не получится? Вдруг будет еще хуже?
В палату вошла мама. Я узнала ее по ритму шага, даже не оборачиваясь, словно по коже ступней бьет молоточек. Ощутила ее голос на кончиках пальцев, словно мелкое покалывание. Воздух потеплел от ее дыхания с запахом мятной жевачки - она ее жует после того, как выкурит меньше, чем три сигареты и значит, не очень нервничает. Может, все-таки обойдется?
Я не родилась такой, потому что помню пение птиц и шелест листьев, но это было так давно, что кажется всего лишь сном. Я глухая. Мои губы помнят прикосновение слов - звенящее и яркое, но я не могу вспомнить звук. Мучительно заставляю себя шевелить губами и силюсь не замечать на искренних лицах родителей этой муки - их девочка замолчала с четырех лет.
Надежды не было десять лет. Первая операция лишила меня возможности слышать даже что-то отдаленное, даже самые громкие звуки. Все говорили одно страшное слово "безнадежно" и я видела его на губах каждого врача, каждой медсестры, к которым обращались родители. Но страшней всего было почувствовать его на губах мамы. Страшнее, чем прикосновение ее холодных усталых слез - для меня делали всё, а потом родился младший брат и я стала учить его разговаривать со мной - разговаривать руками.
"Почему ты не спишь?" - мама положила руку мне на плечо и посмотрела в глаза. Она не разговаривала со мной языком жестов - знала, что я этого не люблю и общаюсь так только по необходимости, чтобы поняли все.
"Мне страшно, мама" Я не отводила взгляда от ее губ, ожидая ответа. Ее губы совершенные - как лук Купидона. Она никогда не пользовалась помадой и поэтому у них свежий, натуральный розовый цвет. Я любила эти губы больше всего на свете - они целовали меня каждый вечер перед сном, читали сказки, которые я выучилась читать вместе с ребятами в интернате.Вместе с одной слепой девочкой мы учили шрифт Брайля. Она стала моей самой лучшей подругой и называла меня Тенью. Я стала ее глазами, но не могла дать ей большего, чем она подарила мне - музыку.
Взамен я рассказала ей о красках всего мира - нам приходилось общаться на словах, написанных на ладони. Я до сих пор помню ее руки - белые и очень худые, словно она вот-вот растворится в воздухе и превратится в дымку с запахом яблок. Ее волосы, длинные и золотые, всегда пахли яблоками. Мой Ангел.
..."Не бойся, врачи сказали, что все в порядке" мама улыбнулась, но я видела в ее лице что-то, что ее беспокоило.
"Скажи" мои губы сомкнулись и разомкнулись почти болезненно, пытаясь нарисовать это слово, а сердце застучало в горле так сильно, что дыхание перехватило как от судороги. Глаза застилали слезы, но я смотрела на мамины губы, чтобы увидеть ответ. Их уголки дернулись вниз и поднялись в ненастоящей улыбке.
"Мы будем верить, правда"...
Музыка...музыка играла у меня в голове, когда большая лампа закружилась перед глазами. Я не знаю, что это такое, кроме того, что мне рассказывала мой Ангел.На кончиках пальцев и на коже ступней отдавались тяжелые шаги окружающих меня врачей, но музыка заглушала их движения. Музыка в душе пела и рвалась наружу, пока, последний раз, вспыхнув ярким огоньком, не погасла вместе с сознанием..
Мне девятнадцать лет. Моему младшему брату пять.
Я всегда буду помнить, кажется, уже полузабытое пение птиц и шелест листьев. Я чувствую смех моего братика всем сердцем и счастлива, что живу в этом мире. Я глухая. Я не такая как многие, но я живу в этом мире...живу миром, а он дышит вместе со мной.

хочу что-нибудь с собой сотворить))
новый стиль, новая прическа, новый цвет, новые "причуды"..
после 8 марта буду делать пирсинг в языке, а пока думаю над тем, чтобы подкраситься в более рыжий оттенок и подстричься...а потом уже растить волосы до пояса)))

очень много мыслей. Очень много событий, которые произошли за последние 20 дней.
я сдала 3 экзамена, остался один и я собой очень недовольна: все три на четверки, а у однокурсника, с которым у нас негласное соревнование - три пятерки!
чувствую себя дурочкой. =) но это поправимо - у меня есть шанс заткнуть его за пояс отлично написанной курсовой, которую нужно будет защищать в апреле и мое выступление на межвузовской городской конференции, на которую его даже не пригласили=Р
для меня, почему-то очень важен этот элемент соревноваания в учебе - иначе я бы скучала...
горда собой потому, что в рассказе уже больше сотни страниц, но конец еще не скоро предполагается=)
В последних главах вдохновляет исключительно Том, а не Билл. Нет больше чего-то...особенного. Чем больше младший строит из себя "Мистера Эпатаж", тем хуже...ну, честно. Кроме эпатажа нет больше ничего. За перьями,цепями,шипами,кожей,стразами Билл больше не чувствуется. Он как вешалка для дорогих и модных шмоток. Обидно и неинтересно.
А Том...я могу промолчать?) даже на Святки не стала гадать, а то приснился, видите ли в прошлом году. Оно мне нужно?
*нужно, конечно, но я в это перестала верить в тот момент, когда они мне с Биллом по очереди приснились в качестве суженных* Бред. Было не смешно.

а еще у меня второй параллельный рассказ помешан на мистике так, что мои мозги сами собой в узел завязываются=)

я хочу ребенка. Да, своего. Или это возраст такой? Загнать бы Тома в банк спермы, когда группа в Питер приедет...Никаких алиментов, никаких контактов. Я просто хочу ребенка с хорошим генофондом, а он лучше всех подходит на роль биологического отца. Бредовая мысль, конечно, но почему-то больше ни от кого я ребенка не хочу=))
Или мне не хватает любви. Настоящей, искренней. Того человека, который мне полностью доверяет, а я могу доверять ему. Полностью.
Но такое чувство я не могу испытавать ни к кому, кроме моей старшей сестры. Мы вместе всю жизнь и вряд ли сможем жить далеко друг от друга на протяжении долгого времени.
В который раз где-то на видео заметив взгляды близнецов, я узнаю в них нас с сестрой и еще больше начинаю ценить мою Алинку)) я люблю ее больше всех на свете (пусть и редко ей об этом говорю)=)но, думаю, в этом и есть фокус любви - о ней не нужно постоянно говорить. Ее нужно чувствовать и бережно хранить.
С ним я совсем перестала общаться - нам не о чем говорить. Оказалось, что совершенно не о чем. Мы как будто на разных планетах живем!)
После той встречи у аудитории, где я сдавала английский, я окончательно убедилась - этот человек не мой и я не хочу больше видеть его в своей жизнь, как бы это цинично не звучало. Я много сделала для него. Кажется, даже больше, чем следовало бы...Потому что есть некоторые рамки, на которые я наплевала из-за него, но делать этого не следовало.
Я никогда не пожалею о том, что сделала. Я поступаю правильно, я уверена.
Не нужно доливать в чашу еще вина, если она полна.
А я чувствую себя полноценной. Зачем мне еще кто-то?  Если становится скучно - я умею вертеть хвостом=))

скучаю по дикообразику....

и хочу его братца=) 

без слов

это, наверное, то, что сидит у меня в голове. Один рисунок неизвестного мне автора, в котором заключена моя мечта и все мои чувства, которые живут в сердце, день за днем охраняемые мной от лживых и случайных ощущений.
я не знаю, что можно еще сказать с помощью слов. Действительно, именно сейчас они у меня застревают в горле. А сердце рвется на части, разбивает в дребезги...такую любовь я готова ждать всю свою жизнь

Я расскажу о ней … о той, что видела недавно
О той, что в сердце мне запала…так случайно.
Начну, пожалуй, с ее глаз, с улыбки,
Эх, черт, не сделать бы ошибки!
И передать все чувства к ней…
Случайной, но на самом деле нет родней.

Так странно…был обычный день,
(Писать на парах было лень)…
Я ехала к себе домой...
И голова была пустой…
Как вдруг меня к себе привлек
Улыбки яркий огонек.
Глаза…ее глаза – вода,
Сильна, спокойна, холодна…
Та мощь, перед которой трусишь
Каким бы не был храбрецом
Ты перед ней всегда забудешь
Каким прозвали молодцом.


Что это? Наважденье? Глюки?
(когда ты в стенах видишь руки)
Отныне ее образ здесь…
Здесь, слева (а слева сердце есть)=)
Порой мне снится та вода…
В ее глазах…во снах она тепла.
Улыбка…зажигательна, мила…
Улыбка...чтобы разбивать мужские...все сердца! 
Жаль…я не запомнила ее лица.

Ведь что-то происходит!!! Тихо, незаметно…
Я не игрок в сей партии…все тщетно.
Как детская игрушка отодвинута в сторонку,
Когда минуло много лет тому ребенку.

Бессильный гнев, ненужный страх
В чужих, но и в своих рядах.
Из глаз те гнева молнии метнулись,
Бессильно руки в кулаки сомкнулись.

Зажили раны, и забылась боль.
Я БЫТЬ желаю в жизни! Отойди, позволь!
Не прячь меня, и не скрывай от бед!
Должна же я прожить своею жизнью много лет!

Свои ошибки совершить успею
Я и сейчас твое спокойствие лелею.
Мне страшно по началу. Да.
И пусть… отныне я иду вперед сама!

в последнее время что-то я увлеклась этим делом...хммм))
а экзамены жмут на нервы.

 

неплохо, могу сказать сама за себя)) довольна

Spirits & Scubbs. Продолжение бреда

здесь начало Spirits & Scubbs
а вот продолжение этого бреда:

Увидев на столе, который стоит рядом с моей кроватью, маникюрные ножницы, я незаметно спрятала их под одеялом у себя на ноге. А вдруг этот Марк маньяк? Мало ли что может случиться…

Моя комната не очень большая, но и не маленькая – я с родителями и старшей сестрой живем в трехкомнатной квартире, где у каждого есть собственный уголок или место, где мы можем спокойно провести время наедине с собой, не мешая никому. Раньше у нас был большой дом в Выборге, а теперь вот квартира на десятом этаже, а я боюсь высоты. Неплохо для меня, правда? Я боюсь даже в окно выглянуть, что уж говорить о том, что я чувствую, когда лифт поднимается на нужный этаж.

- Я могу уже не отворачиваться? – Марк ухмыльнулся, и от него повеяло теплым ветром. Я замерла, наслаждаясь ощущениями, которые его оболочка мне дарила и не заметила, что он смотрит на меня – все в порядке?

- Да – я еле выдавила из себя это слово, пытаясь взять себя в руки. Раньше никогда не чувствовала себя так прекрасно, как рядом с этим странным…парнем. Или мужчиной, ведь на первый взгляд ему можно дать максимум двадцать лет, а на «ощупь» он такой же…хммм…зрелый, сочный, насыщенный…я при всем желании не смогла бы дать точную характеристику этому чувству, особенно когда он находился так близко. Полностью доверившись своим «касаниям» я бы дала ему пятьдесят, а может, и  еще больше.

- Тогда я пойду на кухню, если ты не возражаешь?

Он встал с кровати и медленно пошел к двери из моей комнаты, но чувствуя, что теряю с ним «контакт» мне захотелось его окликнуть, попросить вернуться и посидеть рядом со мной еще совсем немного. Хотя бы пару минут…Я непроизвольно «потянулась» к нему и, снова нащупав теплый ветер, тихо простонала от наслаждения, ощущая, как такие же теплы волны бегут по моему телу.

- Хватит меня вампирить – голос парня прозвучал резко. Остановившись, он даже не посмотрел в мою сторону, а только повел плечами, как будто разминал спину. Он весь казался абсолютной нормой. Можно даже сказать, идеалом моего представления о молодом человеке, с которым я хотела бы провести незабываемую ночь, но тот «теплый ветер» неожиданно сменился на сосущую черную дыру. Испугавшись, что меня  засосет в эту тоскливую холодную пропасть, я мгновенно прервала контакт.

- Вот так, девочка. Запомни, своих вампирить нельзя.

- Что значит вампирить? Я же не вампир! Вообще, кто ты такой? Кто это, «свои»?! Что за бред?! Чем ты меня накачал? – вопросы полились из меня бесконечным потоком. Я не могла остановиться. Из-за того, что Марк как будто поставил заглушку на любые мои «поползновения», я чувствовала себя одинокой и «не видела» его как человека, а он же был им! То, что я не могла кружиться вместе с тем ветром, напоминающий ранний осенний листопад или ветер с моря…соленый, иногда горячий…яркий и манящий кружить вместе с ним…меня это непонятным образом завело и взбесило. Я подскочила с кровати и, подбежав к Марку, стала стучать по его спине кулаками, ощущая, что бью по глухой стене, которая ничего не чувствует. Из него как будто исчезла жизнь. Достав спрятанные ножницы, я, в порыве, попыталась воткнуть их ему в шею. В мыслях пронеслось, что потом, объясняя причину убийства, я могу сказать, что это была самооборона – ведь маникюрные ножницы, это то, что первым может попасться под руку любой девушки.

Я поморщилась от боли. Руку свело судорогой и ножницы, звякнув о паркет, выпали. Марк за все это время даже не шевельнулся. Схватившись за запястье, я отошла на пару шагов назад.

- Значит, все-таки дух…- задумчиво посмотрев в мою сторону, как мне показалось, разочарованно произнес Марк и вышел из комнаты, бесшумно ступая ногами в черных туфлях по паркету, оставив меня одну в помещении.

Я оделась, стараясь не смотреть на запястье там, где тянулась сетка вен. Пульсирующую боль я терпела, прикусив нижнюю губу, а выйдя из комнаты, увидела Марка, мирно смотрящего в окно кухни, присев на подоконник. Не решаясь заговорить первой, я боком, чтобы ненароком не посмотреть в окно, вниз, в бездну десятого этажа, осторожно обошла Марка, чтобы приблизиться к мойке и налить себе стакан воды, однако он, даже не поворачивая головы в мою сторону, еле слышно заговорил своим бархатным голосом:

- Дух боится высоты. Потрясающе! А крылышки кому сдавать будешь? Может, мне?

Я посмотрела на него как на идиота, доставая стакан с полки над мойкой. О чем этот ненормальный говорит? Марк опустил голову и засмеялся. Темные волосы упали на его лицо так, что я видела только улыбку на тонких губах.

- Я все равно не понимаю, о чем ты…

Он поднялся и подошел ко мне почти вплотную. Глаза, цвета морской волны встретились с моими, и я почувствовала как крыша медленно, но верно куда-то уезжает. Точнее, я «потекла» снова прикоснувшись к нему. Звуки пропали, изредка доносясь откуда-то издалека, как будто через густой туман. Мысли завертелись вместе с вихрем золотистых листьев в замысловатом танце…тело, перестав сопротивляться, обмякло в руках Марка, а душа с радостным визгом рванулась из грудной клетки, но ее что-то резко дернуло назад, доставив больше недовольства, чем боли…

- Эй! Закройся! Ну, же, сконцентрируйся, девочка…не пропадай.

Пощечина заставила меня очнуться. С огромным усилием открыв глаза, я попыталась «захлопнуться», но что-то помешало. Решив попробовать еще раз, я поморщилась, чувствуя на спине что-то лишнее.

- Молодец, я думал, что будет хуже.

К телу постепенно возвращалась чувствительность. Я пошевелила руками и ногами, проверяя, все ли на месте и немного успокоилась. По привычке пытаясь нащупать на безымянном пальце правой руки кольцо, подаренное другом, испугалась, не обнаружив его. В этот же момент я решительно распахнула глаза.

- Что это было? – спросила я.

Я лежала на полу, придерживаемая Марком за талию и голову. Его лицо находилось от меня всего лишь в нескольких миллиметрах. Так близко, что стоило мне произнести эту фразу, наши губы соприкоснулись. Я испугалась, сжавшись в предвкушении очередного вихря, но ничего не почувствовала. Марк так и оставался Марком, хотя я до сих пор так ничего и не понимала.

- Мне повезло – он улыбнулся, и я заметила, что у него над верхней губой выступили прозрачные капельки пота. И я впервые почувствовала его настоящий запах...как бы объяснить…более человеческий, естественный, что ли? Терпкая уверенность и…страх? Даже не пытаясь его «коснуться», мне стало ясно, что Марк боится.

- Почему повезло?

- Потому что ты меня не убила.

Немного оправившись, Марк сидел на полу в моей комнате и нервно пил кофе из маминой любимой маленькой чашки, даже не добавляя сахар в горький напиток. Я бы сказала, что он ненормальный – ведь сама вообще не очень люблю кофе. Особенно без молока и совсем без сахара, но все мое внимание было приковано к тому, что произошло с моим телом. Стоя перед зеркалом, висящим над полкой с учебниками и тетрадями, я, задрав на спине футболку, разглядывала себя сзади. С первого взгляда ничего особенного заметить было невозможно. Но только с первого. Приглядевшись, я увидела то, что так неудобно чувствовалось на спине - лопаточные кости непонятным образом удлинились и немного выгнулись, натянув кожу так, что казалось, она вот-вот лопнет в местах, где выпирали кости.

- Но они же не будут со мной постоянно? Или мне придется специально одежду резать?

В моем голосе звучал страх вперемешку с восхищением. Совсем недавно я хотела всерьез заняться модификацией своего тела, но мама, услышав об этом, заявила, что если я что-то с собой сделаю, то могу не приходить домой.

- Не совсем, – Марк сделал маленький глоток – ты права. Одежду придется резать до тех пор, пока крылья не вырастут окончательно, а потом Меико поможет тебе…то есть им окрепнуть.

Я опустила футболку и обернулась, задержав взгляд на его изящных руках с длинными худыми пальцами. Никогда еще не видела у парней такие красивые и ухоженные руки. Марк постарался спокойно объяснить мне, что происходит, но до сих пор вопросов оставалось больше, чем внятных ответов. И, к сожалению, ни один из них не звучал нормально для того, чтобы в них поверить. Мозг отказывался воспринимать то, что этот красавчик говорил мне.

- Значит, я Дух?

Не поднимая на меня глаз, Марк кивнул.

- Светлое Создание…

- Подожди, значит, я не человек что ли?!

- Почему же? Ты нормальная девушка, восемнадцати лет…Хорошо развитая, образованная, умная…

Мне многого стоило не съязвить в ответ.

- То есть я…нормальная, да? Не инопланетянин из другой галактики и все такое?

Марк поднял на меня глаза. Нежные тонкие губы изогнулись в ехидной усмешке.

- Ну, хочешь, поищи у себя на теле еще что-нибудь инородное...- он поднялся на ноги и подошел ко мне ближе. Я не отстранилась, потому что не смотря на то, что этот…парень…мужчина…чужой, я его совсем не знаю и он говорит какую-то чушь, но я мой внутренний голос упорно твердил: «он не врет», а то, что я чувствовала, исходящее от Марка…теплый ветер, сияние…называйте как хотите!.. только подтверждали правдивость его слов.

- Я знаю, что это звучит не по-настоящему. Даже нелепо. Глупо… - сделав еще один шаг, Марк положил руку на мою талию и я даже не возмутилась. Удивительно! – но ты же чувствуешь, что я не лгу тебе…

- Может быть…только приукрашиваешь правду. Я не умею это ощущать.

- Я научу тебя. Только не бойся…

Наши взгляды пересеклись, когда я, наконец, набравшись смелости, посмотрела ему в лицо. Глаза, цвета морской волны светились…как будто были живым огнем. Если огонь может быть такого цвета.

- Почему ты? Почему я тебя могла убить?

- Ты Дух – я Скубб. Я темное создание Мрака…я умею искать таких, как ты – он опустил глаза и улыбнулся. Горько улыбнулся, словно ему было чего-то жаль – только, я чувствовал тебя такой же темной. Скуббом как и я.

- Значит, ошибся. Бывает…

- Нет! Не бывает!

На долю секунды я снова почувствовала, как он «сминает» меня, но в этот раз успела закрыться и было не так больно. Только из носа от напряжения потекла кровь прямо Марку на светлый полувер.

- Господи…прости меня – прикрыв нос рукой, сказала я и, освободившись от его руки, пошла в ванную комнату, чтобы умыться. Лопатки заныли, как будто кожа натянулась до предела и готова была лопнуть. Постанывая от боли, я сполоснула лицо и посмотрела на себя в зеркало. Да, вид оставляет желать не то, что лучшего – он требует пластической операции.

В дверь постучали.

- Твоя сестра возвращается домой.

Я подавила желание прислониться ухом к двери, чтобы слышать его голос совсем близко с собой.

- И что я должна делать? Спрятать тебя в шкафу?

Впервые за наше «знакомство» он засмеялся. Громко. Заливисто. Меня как будто подхватило под руки и понесло по волнам этого смеха, запутав в золотистой паутине. Появилось тяжелое напряжение внизу живота, нарастая с такой стремительностью, что голова закружилась от ощущений. Я судорожно хватала ртом воздух, а руками искала за что зацепиться, потому что колени тряслись и подкашивались, а земное притяжение еще никто не отменял – если бы вовремя не подвернулся держатель для полотенец, я бы, наверное, точно приложилась бы затылком о раковину или по крайней мере о кафельный пол. На  темно-синем фоне кровь казалась бы почти черной.

- Пожалуйста…не надо…прекрати! Я не могу!

Послышался треск вырываемой из косяка двери. Полетели щепки…Марк забежал в ванную комнату, подхватив меня.

- Э, нет, девочка…так не пойдет. Очнись. Ну, давай же…

Неожиданно у меня получилось! Я «закрылась» так плотно и так…качественно, что не ощущала совершенно ничего кроме тепла его тела. Я открыла глаза и встала на ноги, поддерживаемая им под руку.

- Все нормально? – он немного нагнулся, чтобы посмотреть мне прямо в глаза. И у меня получилось смело встретить его взгляд! От радости, что мир не поплыл в сознании, мне захотелось прыгать, но мысль о том, что тот теплый золотой ветер, исходивший от Марка, я не чувствую, причиняла почти физическую боль.

- Да. Все хорошо – выдавала из себя я.

- Скажи правду – он улыбнулся.

- Какую?

- А у тебя их много?