продолжила fluff эпопею о приключениях немца в России, в Выборге (город, где я живу и где я все знаю=)
Мне так захотелось, чтобы Билл побывал здесь! Хотя бы в моем рассказе! И пускай с девушкой, судьба которой сложилась вот так замысловато, через США.
тот бред я буду, наверное, только здесь выкладывать)))
буду сама смеяться над собой)))
"Беда в том, что Билл со своими проблемами ни в…ни в Красную Армию. Собственно, как всегда.
Мне можно ставить памятник. При жизни, естественно. В рекордные сроки, равные шести часам в пути от Выборга до Москвы я была уже у дверей аэропорта Шереметьево. Расплачивалась с таксистом. Не стоит называть сумму тех денег, которые я «подарила» российским РЖД – стоит упомянуть о моем внешнем виде. Встрепанные короткие волосы стояли дыбом. Идея с нанесением макияжа в пути пришлось закопать на задворках идейного кладбища, потому что, пригревшись на плече симпатизирующего мне соседа в поезде, я благополучно уснула и во сне опять припомнила день нашего с Биллом знакомства.
В ночном клубе, где проходили соревнования по стрип-пластике, уже вовсю отмечали победы и поражения. Я же в порыве отчаянья, запивала свое второе место диким коктейлем, благодаря которому моя голова отключалась, а глаза наполнялись не слезами, а кружащимися звездами. Обнявшись с бокалом,я завидовала девчонке-немке, отмечающей победу. Вокруг нее вились личный тренер, хореограф, «подлизы» и «папочки». Оплаченная звездочка конкурса сияла профессионально растянутой улыбкой, а ко мне не подходила даже Гая – художественный руководитель студии, в которой я училась танцевать. Изредка, жутко шаркая ботинками, прибивались так называемые «спонсоры», желающие «познакомиться поближе» и продолжить это самое знакомство где-нибудь в chell-out комнатах на втором этаже клуба, но и их, видимо, вид меня, удрученной поражением, пугал не меньше, чем Гаю.
Когда я уже собиралась завязывать с таким глубоким отчаяньем, ко мне подошла какая-то странно одетая девочка с грубым для симпатичного личика макияжем. Коряво, но все же по-английски она спросила меня, в порядке ли я. К этому времени у меня в глазах все расплывалось из-за выпитого и слез поражения, так что я мало что соображала. Слишком уж честолюбивая была.
- У нее силиконовие сиськи, прыщавая задница и лошадиная морда как у всех немок. Они вообще все страшные. Всех красивых женщин в Европе истребила Инквизиция – пробурчала я, не отводя взгляда от компании победивших – хорошо хоть американский жир не попал в пятерку. Все красивые остались только в России, но, бл**ь, мы же из задницы мира, вашу мать!
Тощая девушка положила свою руку поверх моей, покоящейся на столешнице. Я заметила неплохой маникюр и сделала ей комплимент. Она улыбнулась, показав не очень ровные, но белоснежные зубки. Мне она понравилась. Тощая, безгрудая…наверняка немка, в драных джинсах и футболке с надписью Green Day явно не была мне конкуренткой. И тем более с такой дикой прической – шухер на затылке и выутюженная длинная челка на пол-лица с агрессивным макияжем.
Такими я представляла темных ангелочков, которые сидят в мультиках на левом плече героев и соблазняют сделать что-то, чего больше всего хочется, а не то, что правильно или благоразумно. Мне больше всего хотелось упасть на мягкий матрас кровати в своем номере и не вспоминать об этом конкурсе. Никогда.
- Идем, здесь есть место, где можно отдохнуть – мне очень хотелось поправить ее корявый английский, но я никак не могла собрать мысли в одну кучку, глупо смеясь и опираясь на костлявое плечо. Она помогла мне забраться по лестнице вверх, переступить порог и уложила на мягкую, но пахнущую табаком кровать.Я тут же ощутила, насколько устала и как болят все тело от перенапряжения мышц.
- А массаж не сделаешь? – придав голосу больше сарказма, чем сладости, спросила и хихикнула, переворачиваясь на живот, расстегивая застежку на топике – ты такая милашка...
Щелкнул замок в двери. Это меня не напрягло – ведь в комнате только две девушки. Я и эта…как ее. Ну, которая, присев мне на ягодицы, длинными пальцами неумело разминала плечи…
- Как тебя зовут, черный ангелок? – промурлыкала я.
- Билл.
Пьяная, со своим дурацким именем, я только хмыкнула. На родном английском, после изрядного количества выпитого алкоголя говорилось даже свободней, чем на русском.
- Тоже родители-приколисты? А меня папаша назвал Симба..Ты немка?
- Да.
- Ну тогда понятно, почему ты такая угловатая – я снова повернулась, но теперь на спину, подставляя Билли живот и грудь. Она медлила.
- Ну, пожалуйста, Билли…у тебя хорошо получается… - не открывая глаз, протянула я. Боль медленно уходила, уступая место прекрасному состоянию полусонной неги, как это обычно со мной случалось после переутомления.
Руки Билли почему-то похолодели, когда она прикоснулась ко мне чуть ниже груди. Я ощутила, что мои соски напряглись и затвердели, но не придала этому значения. Мое тело всегда так же живо реагировало, когда ко мне прикасалась наша массажистка в студии - Нина.
Я же не знала, что Билли совсем не девушка, а парень Билл в самом расцвете полового созревания! И что я его спровоцировала как порнофильм, впервые посмотренный подростком!
Моих губ коснулись горячие, удивительно мягкие губы. Осторожно и нежно, как будто девушка в первый раз целовалась. Конечно же я запаниковала! Я же не лесбиянка! Я нормальная! У меня даже парень был полгода назад! Но не могла найти в себе силы прервать поцелуй, сопровождающийся страстными, порывистыми ласками. Билли осторожно мяла обоими руками мою грудь, пощипывая за соски. Нежный шелковый язычок со штангой затеял замысловатый танец с моим. Изредка металл ударял по моим зубам, заставляя меня морщиться.
Она прервала поцелуй и провела языком по моей шее вниз, к груди.
Я решила, что это мое очередное сексуальное приключение и не препятствовала ей даже когда оказалась полностью раздетой, выгибающейся от горячего возбуждения, наполняющего наполовину расслабленное тело. Я не ошиблась. Когда она разделась, то оказалась совершенно плоской. Как…как мальчишка, лет шестнадцати.
Я попросила ее лечь на спину. Покрыв поцелуями плоскую грудь, я начала спускаться все ниже и ниже, прокладывая влажную дорожку до ее паха, еще не до конца представляя, что буду делать. Она тихо постанывала, вцепившись в мои короткие волосы длинными пальцами. Царапаясь длинными ногтями.
Невозможно описать, что я чувствовала, мысленно готовясь к новым ощущениям секса с другой девушкой. Задор, азарт. Подхлестнутое алкоголем желание.
Но вместо этого я удивленно смотрела на мужской член, пару минут мучительно соображая, откуда он появился на теле симпатичной Билли, с которой мы только что друг друга завели всего несколькими поцелуями и парой незамысловатых ласк.
Все мгновенно встало на свои места. Билл. Он же сказал тебе, пьяная свинья, что его зовут Билл!
- Твою ж мать…- продолжая оглядывать мужское достоинство парня, произнесла я. До меня все никак не доходило, как присутствие этого самого я не ощутила раньше? Я что, была совсем в отключке, а протрезвела за пару секунд от потрясения?
- Симба? – Билл приподнялся на локтях, смотря мне в глаза – что-то не так?
- Ты парень – медленно произнесла я, буквально выдавливая из себя эти слова.
А он улыбнулся и пошевелил бедрами.
- Да.
- Я…
- Ты подумала, что я девушка, да? – на симпатичном личике отразилось плохо скрываемое смущение и досада. Мне стало так обидно за него! Я не позволила ему прикрыться одеялом и поцеловала его чуть ниже пупка.
- Ничего. Тебе шестнадцать есть?
- Да.
- Остальное не важно.
Остальное-то, может быть и не важно, но что было дальше, я не помню, хоть Билл и продолжает упрямо утверждать, что в ту ночь у нас был секс. Тем более, для него первый.
В моей дырявой голове уложилось только утро следующего дня, когда я проснулась с Биллом под боком. Он так мило спал, приоткрыв рот и хмуря брови, что я почувствовала к мальчишке что-то такое…когда очень тепло и одновременно тяжело в груди, а в пальцы ног покалывает от невесомой легкости. Наверное, это больше было похоже на материнский инстинкт. Ему тогда только исполнилось шестнадцать, а мне уже было почти девятнадцать". (с)
Комментариев нет:
Отправить комментарий